Здравоохранение, несомненно, нуждается в реформировании. Не дай Бог заболеть, чтобы убедиться в этом на собственном опыте. Выбор у несчастного пациента более чем скромен. Обладателя тощего кошелька ожидают длинные серые коридоры казенных больниц, усталые врачи и медсестры бюджетных поликлиник. Если же человек достаточно обеспечен, то его вежливо примут в платной клинике, однако весьма может статься, что хорошим обращением всё дело и ограничится: холеный улыбающийся доктор выпишет вам рецепт на рекламируемые по телевизору лекарства.
Ситуация требует серьезного вмешательства. Авторы реформы это “вмешательство” понимают довольно специфически: вероятно, по их мнению, вмешиваться в ситуацию — значит идти у нее на поводу. Раз более-менее хорошее медицинское обслуживание получается за деньги, так и надо взять эту схему за основу: следовательно, необходима “монетизация” здравоохранения.
Одно из принципиальных нововведений состоит в выстраивании вертикальной структуры управления территориальными фондами ОМС. Новый подход к ОМС призван решить проблему чёткого разделения платных и бесплатных услуг: во-первых, будет действовать минимальная базовая программа оказания медицинской помощи, во-вторых — дополнительная (то есть платная) программа ОМС.
Минимальный размер страхового взноса (новое понятие “стоимости страхового года” — суммы, за которую государство готово оказывать гражданам бесплатные медицинские услуги) за работающих граждан России обязан платить работодатель; за неработающих же пенсионеров и детей заплатят субъекты РФ. Кроме того, будет действовать институт федеральных субсидий: таковые получат те регионы, чьи программы по государственным гарантиям медпомощи одобрит центр.
Чтобы медицинские учреждения могли воспользоваться изменением финансовых потоков, им необходима большая степень хозяйственной свободы. Для этого разработано два проекта — об автономных учреждениях (АУ) и государственных муниципальных автономных некоммерческих организациях (ГМАНО).
Большая часть станет ГМАНО. Их финансирование будет происходить согласно “подушевой схеме” и в рамках страховых договоров. ГМАНО получат полную экономическую самостоятельность. Государство, конечно же, может заключать договоры на определенные виды работ и финансировать их, однако оно не будет отвечать по материальным обязательствам ГМАНО.
Превращение в АУ “грозит” меньшему количеству нынешних “унифицированных” медучреждений. Они будут получать лишь средства страховых договоров и иметь меньшую долю самостоятельности, чем ГМАНО. Они не смогут распоряжаться своей недвижимостью, но долги все равно будут платить сами.
Государственными в полном смысле этого слова останутся лишь санэпидемстанции, центры лечения СПИДа, туберкулеза, инфекционные и психиатрические больницы, наркологические диспансеры, Дома ребенка и некоторые другие так называемые учреждения госответственности.
…Противники реформы утверждают, что она более денежная, нежели медицинская. Не окажутся ли автономные больницы доступными только для богатых людей? — переживают практикующие врачи. Не закроются ли все бесплатные больницы? — обеспокоен профсоюз медиков.
Если уж сами работники здравоохранения от реформы не в восторге, то что тут говорить о пациентах. Без сомнения, платная медицина укрепит свои позиции, но станет ли “омонеченное” медицинское обслуживание лучше? Ведь мы уже имеем печальный опыт реформы ЖКХ, когда повышение платы за коммунальные услуги отнюдь не привело к улучшению их качества. Кроме того, недоумение вызывает, так сказать, и сама “постановка вопроса” об увеличении материальных ресурсов здравоохранения. Неужели же главная задача медицины приносить прибыль? Как тут не пожалеть о старых добрых временах, когда первейшим делом врачей было лечение пациентов, а не взимание с них платы! Эксперты говорят, что бесспорную выгоду от реформы здравоохранения получат разве что страховые медицинские организации, то есть, частные лица, через руки которых будут проходить средства региональных фондов обязательного медицинского страхования.
Протестующие против реформы общественные деятели указывают на совсем другой путь медицинских преобразований. Чтобы поднять Россию с 130 места в мире по уровню здравоохранения достаточно вспомнить советский опыт и восстановить амбулаторно-поликлиническую сеть, а бюджет медучреждений вполне может быть пополнен за счет отчислений с продажи алкоголя, табака и доходов игорного бизнеса.