Чему учит история?
"Создание учительского профсоюза в Приенисейской Сибири 1904-1929 гг.". Так называется книга, изданная недавно Красноярской краевой организацией профсоюза работников народного образования и науки РФ. Ее автор — Валентина Бибикова, в прошлом учитель истории, а ныне депутат Законодательного собрания Красноярского края.
Книга построена, главным образом, на архивных материалах Ачинска, Минусинска, Красноярска… Основное ее действие происходит в 1920-е годы — совершенно особый период в истории нашей страны, время открытых дискуссий, разноцветья мнений.
Основной ее герой — учитель, или, как чаще говорили в те годы — учащий, то есть тот, кто учит.
Основное содержание — процессы объединения работников образования в профсоюз.
О ярком времени, сложных процессах, мятущихся героях, о том, идут ли уроки истории впрок, мы беседуем сегодня с историком, общественным деятелем и педагогом В.В. Бибиковой.
— Валентина Васильевна, "Создание учительского профсоюза в Приенисейской Сибири 1904-1929 гг." — уже третья ваша книга об учителях и о школе. Конец трилогии или будет продолжение?
— Да, первая вышла шесть лет назад. Она называется "Роль частной и общественной инициативы в развитии образования Енисейской губернии в ХIХ-начале ХХ века". Вторая — "Становление единой трудовой школы в 20-е годы ХХ века в Приенисейской Сибири" — появилась в 2008 году. Она стала продолжением первой — как относительно хронологии, так и относительно содержания. Сейчас работаю над четвёртой книгой — о подготовке педагогических кадров в Енисейской губернии в 20-е годы.
…Но архивному исследователю попадается много сопутствующих материалов, вроде бы, не вписывающихся напрямую в его тему. Вот и мне удалось найти любопытные документы о профсоюзах, и я поинтересовалась у председателя краевой организации профсоюза работников образования Людмилы Васильевны Косарынцевой, существуют ли какие-нибудь работы об истории красноярского учительского профсоюза. Оказалось, что нет.
Мне было интересно и… Я систематизировала материал, а профсоюз взял на себя издательские хлопоты и финансирование. Книга не претендует на научность, здесь нет ни основополагающих выводов, ни даже заключения. В первую очередь, мне было важно показать атмосферу эпохи и рассказать о людях, которые создавали профсоюз.
— Официально годом рождения российских профсоюзов считается 1905, а ваша книга ведет отсчет с 1904.
— В главе первой речь идет об обществе вспомоществования учащим и учившим (то есть, в сущности, кассе взаимопомощи), появившемся именно в 1904 году.
Революционные события 1905-1907 годов стали толчком к профессиональным объединениям на более высоком уровне, которые стремились рассматривать проблемы и на политическом уровне.
— Профсоюзы и политика — одна из наиболее болезненных тем сегодня. В 1905 году ведь тоже стояла такая дилемма, и даже существует версия о создании "профсоюзов" сверху — для отвлечения рабочих от революционной борьбы…
— Имеете в виду "зубатовщину"? Действительно, полицейско-жандармское управление, изучившее опыт западных профсоюзов, и понимая, что Россия идет по капиталистическому пути развития, попыталось взять зарождающееся профессиональное движение в свои руки. И поэтому они создавали специальные рабочие кружки, народные дома, стремились перевести политический акцент в сугубо экономический и культурно-просветительский… Но 1905 год как раз и показал, что рабочими организациями власть управлять не может, что труд и капитал всегда будут по разные стороны баррикад.
Что же касается профсоюзов и политики, то особенностью нашей страны является создание профсоюзов уже существующими партиями. Например, Всероссийский союз учителей образовался в 1905 году под протекторатом партии кадетов. В отличие от других профсоюзов, которые создавались, как правило, под влиянием партии большевиков.
— В сравнении, например, с союзами металлистов или железнодорожников, союзы учителей не отличались слишком большой активностью?
— Особенной пламенной активности, символическое выражение которой мы находим, допустим, на картине Эжена Делакруа "Свобода на баррикадах" или, скажем, в скульптуре Ивана Шадра "Булыжник — оружие пролетариата", в учительских профсоюзах, конечно, не было. Учащие (как называли учителей в начале ХХ века), а особенно учащие провинциальные — в большинстве своем политически индифферентные люди.
Однако революционные события как 1905-7 годов, так и 1917 не могли их не затронуть.
После разгрома первой русской революции репрессиям подверглись более ста учителей Енисейской губернии. Это довольно значительная цифра — ведь учителей тогда вообще было немного. Их увольняли с работы, подвергали административным взысканиям и тюремному заключению, отправляли под надзор полиции… Такова была расправа за то, что учителя посмели участвовать в революционных событиях. Хотя участие это было достаточно скромным — выступление на митингах, организация собраний, разъяснение ситуации… То есть, никаких баррикад и никаких булыжников.
Следует напомнить, что после революции 1905-7 годов учителей средней школ, или как тогда говорили — школы второй ступени — перевели в разряд государственных служащих. Таким образом, в обмен на ряд социальных льгот (награды по выслуге лет, повышение чинов и пр.) учителя должны были демонстрировать полную политическую благонадежность. Любое известие о том, что учитель что-то где-то не так сделал, было чревато неприятностями.
— Но вот наступил 1917-й…
— Свержение царизма в 1917 году — это как будто весной во время половодья прорывается дамба… И все летит…
Вот представьте, еще осенью 1916 года учителя Минусинской учительской семинарии, Красноярского учительского института на свои деньги покупают портреты цесаревича Алексея, и с умилением присутствуют на мероприятиях по вывешиванию этих портретов в рекреациях.
А буквально через три месяца, в феврале 1917, к вечеру того дня, когда было получено известие о падении самодержавия, слагаются такие стихи:
"Велик и всесилен вселюбящий бог,
Бог равенства, братства, свободы!
Он стену веков нам разрушить помог
И тюрем угрюмые своды <…>
Свершилося чудо: не стало царя!
Рассеялись темные силы…
<…> Под гнетом мы все изнывали….
Сегодня ж с сердечным и дружным "ура"
Как будто воскресшие стали".
Современники вспоминали, что у всех было "пасхальное настроение", и люди поздравляли друг друга со свержением царя. Звучали восторженные речи, выдвигались какие-то немыслимые, радикальные требования — например, об абсолютной независимости школы от государства.
Я проанализировала уставы союзов учителей — красноярских, енисейских, канских и пр., — и все они ставили задачей просвещение народа, указание ему пути. А в результате-то получилось, можно сказать, наоборот: на перепутье оказалась интеллигенция. Водоворот дооктябрьских политических событий показал, что неграмотные крестьяне, малограмотные рабочие имели свои представления на происходящее, у них были свои оценки, своя правда, зачастую не совпадающие с мнением интеллигенции. И учительский профсоюз начинает испытывать кризис…
В 1918,-19 годах учителя уже с трудом собирают собрания, и не могут толком провести профсоюзные мероприятия…
— Учитель — фигура сложная, неоднозначная. С одной стороны, это бескорыстный сеятель разумного, доброго, вечного. С другой же — чеховский "человек в футляре" с его девизом "как бы чего не вышло". В профсоюзной истории красноярского учительства такое противоречие тоже встречается?
— В 1916-17 годах в Красноярске издавался журнал "Сибирская школа". Его редактор — Георгий Итыгин, хакас по национальности, учитель железнодорожной школы. В годы колчаковщины сидел в тюрьме — за симпатии к большевикам. Причем, судя по всему, арестовали его по доносу кого-то из учителей. Сохранилось письмо Итыгина, где он прозрачно на это намекает. Так вот, Георгий Игнатьевич Итыгин постоянно критиковал "футлярную" психологию своих коллег. Правда, называл он ее "халатной" — от слова "халат", самой, дескать, удобной для учителя одежды. Учитель, по его мнению, мнителен, склонен оглядываться на мнение вышестоящих, на то, "что скажет княгиня Марья Алексевна"…
Георгий Итыгин звал учителей к объединению. Тогда ведь существовали разрозненные учительские корпорации — например, союз учителей средних школ, союз учителей церковно-приходских школ, то же общество вспомощенствования и др… Но эти корпоративные объединения не очень хотели объединения. Красноярское отделение Всероссийского учительского союза (ВУС) звало их в 1917 году под свое крыло, но безрезультатно…
Да и само отделение ВУС, в принципе, вело такую же "самостийную" политику. Возьмем июль 1917 года, когда проходили выборы в Красноярскую городскую думу. Наряду с тремя партиями (социал-демократами, кадетами и эсерами) в списке были также выдвиженцы от нескольких внепартийных групп, и одна из них — союз учителей. Учителя в тех выборах заняли предпоследнее место, не получив ни одного места. Большевики же получили самое большое число голосов…
О неоднозначности политических предпочтений говорит тот факт, что даже после этих выборов, где было ясно, что большевиков поддерживает большинство горожан, на августовском губернском профсоюзном съезде учителя всё же отдавали свои симпатии эсерам.
Правда, при этом нужно иметь в виду, что еще весной большинство учителей поддерживало кадетов. Как видим, учительство "левело" вместе с обществом…
— Валентина Васильевна, в вашей, построенной на архивных материалах книге, много имен и фамилий профсоюзных работников. Кто из них вам наиболее симпатичен?
— Пожалуй, главной моей задачей было именно наполнение профсоюзной истории именами и фамилиями. Ведь человеческий фактор — первый во все времена. Практически каждого, с кем сталкиваешься в исторических исследованиях, начинаешь считать своим хорошим знакомым.
Интересных людей много. Первым я хотела бы назвать Николая Семеновича Осеева, председателя союза работников просвещения Енисейской губернии в 1922-24 годах. Про него известно очень немного. Родился в 1875 году, служил в белой армии офицером, в 1920 году работал в отделе народного образования. Там же в 1920 вступил в РКП, из которой, однако, в том же году был вычищен как бывший офицер. Но, тем не менее, это не помешало ему занять высокий профсоюзный пост. Судя по сохранившимся выступлениям Николая Семеновича, он был начитанным человеком, получившим, по всей видимости, гуманитарное образование. В 1924 году Осеева переизбрали, и он ушел работать в кооператив "Самодеятельность". Далее его следы теряются. И я была бы очень благодарна, если б кто-нибудь помог мне в дальнейших розысках…
Нельзя не упомянуть и о Михаиле Ефимовиче Золотареве, зав. губернским отделом народного образования в 1920-22 годах. Самое трудное время — НЭП — пало на его долю…
Или о Надежде Матвеевне Горбуновой. Учительница, уроженка Красноярска, член партии большевиков с 1917 года, она сначала работала в профсоюзе, а потом стала заведующей Красноярским окружным отделом народного образования. Надежда Матвеевна была первой женщиной в губернии, которой была доверена такая должность. Впоследствии ее перевели в Иркутск, где она попала в машину репрессий…
А вообще перечислять можно очень и очень долго… Время было непростым, категоричным, максималистским. И люди — ему под стать, даже более — люди, обгоняющие время.
Это мы сегодня не можем поспеть за временем. Как сказал недавно один из зарубежных политиков, если мы увидим свет в конце тоннеля, значит, навстречу нам идет поезд. Иными словами, мы, нынешние, боимся будущего. В двадцатые же годы будущего не только не боялись — его опережали…
— Валентина Васильевна, а есть ли у вас, как у автора исторического исследования о профсоюзах, какой-нибудь рецепт для более эффективных их действий в нынешних условиях?
— Сейчас модно цитировать руководителей государства Дмитрия Медведева и Владимира Путина. Хочу обратить внимание на их высказывания о необходимости избавления от патерналистских иллюзий.
Действительно, чем скорее профсоюзы поймут, что они самостоятельный субъект в политике, что на благодеяния "отца-государства", а тем более, бизнеса особо рассчитывать не стоит, тем скорее начнут действовать по-новому. Иначе говоря, сегодня пора воспринимать государство не как кормильца, которому можно пожаловаться, а как партнера, с которым нужно разговаривать на более серьезном, деловом языке. На современном деловом языке, используя западный опыт, и опираясь на исторический опыт наших, российских, профсоюзов — в том числе, по возможности, не повторяя их ошибок…
Александра Ненина
Корреспондент
/29/20./07/20./2010/20 - 16:20
![587 587](/images/adm.gif)
Версия для печати
Наверх
|